Меер Моисеевич Аксерольд родился в городе Молодечно Виленской губернии (территория нынешней Беларуси). В 1916–17 годах семья его жила в Тамбове, где он посещал вечерние классы рисовальной школы Виктора Перельмана. В 1919 году вернулся в Минск, участвовал в выставке белорусских художников, где было представлено 36 его работ. Уже тогда было ясно, с какой тематикой он свяжет свою дальнейшую жизнь. Он делал зарисовки еврейских кварталов и кладбищ, воссоздавал разнообразные сюжеты, связанные с бытом жизни евреев на западе России.
«Живопись должна быть музыкой. Лишь тогда напишешь мотив, когда можешь его как бы спеть», — говорил художник.
Его серия картин «Немецкая оккупация» — это и есть музыка. Траурная, безысходная и печальная, которую после первого прослушивания хочется выключить и навсегда забыть, но при этом забыть не получается… Именно такие эмоции остаются после посещения выставки.
У представленных в экспозиции эскизов, набросков, картин есть общий сюжет – ужас жизни на территориях, оккупированных фашистами, Холокост и главное – сопротивление этому кошмару. Есть в этой серии и карикатуры, в которых художник насмехался над Гитлером.
Герои его работ – мужественные люди, которые поражают самоотдачей и желанием не только выжить, но и победить. Победить ради будущего, своего и последующих поколений, чтобы сейчас, знакомясь с наследием этого художника, мы могли видеть и помнить.
Картина «На расстрел» (1942 г.) особенно пропитана отчаяньем и безысходностью. Люди, которые идут на верную смерть, не имея никакого выбора… Мать с ребёнком на руках, которая не успела дать ему счастливое детство… Молодые люди, которые не познали юношескую первую любовь…
«Расстрел» (1944 г.) — это некое продолжение предыдущей картины. Тут уже безысходность сменяется страхом, паникой, ужасом. Сюжеты некоторых работ написаны синими, жёлтыми, зелёными, красными красками, которые, на первый взгляд, совсем не подходят для такой темы… Но если смотреть глубже, то синий – темнее, чем мирное небо, зелёный – как трава, которая чуть позже испепелится из‑за разрывов снарядов, жёлтый – как цвет солнца, которое прячется под тучами, не желая слушать звуки расстрелов, и красный — как цвет крови…
Все последующие серии картин Меера также связаны с войной и тяготами оккупации.
«В последние десятилетия жизни отец откровенно тяготился работой над иллюстрациями. Брался за те книги, авторы которых ему были особенно близки», — говорила дочь художника Елена Аксельрод.
София Булах, Мария Жилина
