Размер шрифта:
Изображения:
Цвет:
16:10, 15 июля 2022
 Арина Трапезникова, ученица школы № 41 г. Белгорода, призёр городского этапа Всероссийского конкурса «Без срока давности» 174

Заговорённая черёмуха

Заговорённая черёмухаФото: Рисунок Ильи Пшеничных, ученика Сырцевской школы Ивнянского района
  • Арина Трапезникова, ученица школы № 41 г. Белгорода, призёр городского этапа Всероссийского конкурса «Без срока давности»
  • Статья

Невыдуманная история военных лет

Тихий зимний вечер. Свет от уличного фонаря едва пробивается сквозь морозную дымку. Пушистый снег нежно укутал узорчатой шалью спящие деревья и дома, село объято мирным тихим сном. Я отхожу от окна, и в полумраке мой взгляд останавливается на святом углу, где на высокой деревянной подставке стоит рогач с потемневшей от времени ручкой. Он будит в моей душе какое‑то странное ощущение, от которого хочется плакать. Нахлынули воспоминания, которые врезались в детскую память.

Я понимаю, что этому способствуют время и память. Два совершенно разных слова по своей сути становятся такими близкими, а порой возникает ощущение, что неразрывно связанными друг с другом, когда речь заходит о людях, которых с нами рядом уже нет или о которых мы только слышали и никогда не видели…

Такие истории, которые я вам сейчас расскажу, должны храниться и передаваться из поколения в поколение. Они лучше любых учебников учат нас любви к своей стране, воспитывают в нас чувства уважения и глубокой благодарности к старшему поколению, к поколению тех, кто мужеством своим заслонил нас от фашистской «чумы».

Семейные истории… Сколько таких историй в нашей стране? Моя прапрабабушка Саша, её уже давным-давно нет среди нас, живущих, но в наших сердцах и памяти она оставила огромный след. Александра Макаровна была удивительным человеком, с добрым сердцем, в молодости встретила на своём пути прекрасного человека. Прапрадедушка был первым коммунистом на селе, председателем сельского совета. Во время раскулачивания его смертельно ранили, так в свои неполные двадцать семь лет она стала вдовой с четырьмя детьми: тремя сыновьями и дочкой… 

Трудно приходилось молодой женщине, но дети не давали матери падать духом, помогали, как могли. Постепенно становились на ноги.

«Я, наверное, тогда была самой счастливой. У меня повзрослевшие сыновья, моя защита, опора, гордость… У меня умница дочь, — говорила прапрабабушка. — А тут… Война… Это горе, слёзы. Она постучала в каждый дом, принесла беду, затронула судьбы многих семей. Из каждой семьи ушли на фронт отцы и дети, мужья, братья и сёстры… Она наступила неожиданно и пугающе быстро. На второй день – посыпались повестки, на третий – расставание и отправка на фронт. Мой родной мальчик, мой старшенький сыночек Миша, ещё совсем молодой, но отличался от своих сверстников крепким телосложением и ростом, набавил себе два годка и получил повестку, тогда несильно проверяли, так он добровольцем ушел на фронт. Счастливый и радостный, он пришёл домой, показал матери повестку».

Даже трудно представить, как выдержало материнское сердце, когда всего два дня дали на сборы. За эти дни он старался что‑то сделать по дому, дать наказ своим братьям и сестре и, видя, как мать тайком от него утирает слёзы, пошёл в лес и вскоре вернулся с молодым деревцом – черемухой. Посадив его у самого крыльца, он подошёл, обнял мать за плечи и спокойно, насколько это было возможно, сказал:

«Смотри, мама, я посадил у крыльца это прекрасное, вечно улыбающееся деревцо, оно будет напоминать меня, я буду всегда рядом с вами».

«Мишенька, сынок, да разве же оно примется в такую жару, и не месяц для высадки», — проговорила прапрабабушка. 

«Не волнуйся, мама, я черёмуху попросил, она заговоренная, она будет говорить с тобой, а ты с ней», — ответил сын.

Всю ночь перед отправкой она не сомкнула глаз, плакала и молилась: «Господи, лишь бы вернулся, лишь бы вернулся…» Помнит только, приехали на вокзал. Много людей, все плачут и виснут друг на друге.

«На улице жара, а мне зябко, охватывает озноб. Я крепко держу его за руку, боюсь отпустить даже на минуту. Всё, как в тумане, помню только, как хваталась за рукав, целовала, обнимала и плакала. Он, сынок, гладит меня по голове и приговаривает: «Мамочка моя, родная, я буду скучать по вас, береги себя и ребят…». В горле ком, ничего сказать не могу, слезы рекой льются, а я – ни слова. Только смотрю ему в лицо: глаза, брови, чёрные и густые, и лицо, лицо стало какое‑то взрослое, Господи, как он похож на отца. Прижимаюсь к его щеке, и вдруг раздался голос военкома: «Внимание! Всем по вагонам!» Никогда не забыть эти страшные вагоны, куда входили мужчины, оставляя своих родных и близких на перроне в истерике и крике. Он, мой сын, уходил медленно, с высоко поднятой головой», — вспоминала прабабушка. 

И не знала она тогда, что уходил он от неё в вечность…

«Как жила дальше – не помню. Ждала писем, а их не было. Черёмуха, как ни странно, принялась, поливала я её и водой, и слезами. А писем всё не было, а черёмуха стояла зелёная и вселяла веру, что он жив…»

И вот почти через год листья на деревце стали желтеть, и само оно вдруг стало сохнуть.

«Ох, не к добру это все», – плакала впричёт прапрабабушка.

«Что ты, Макарьевна, перестань, а то ненароком накличешь беду», — вторили все соседки.

Да разве ж материнское сердце обманешь, оно всё чувствует… 

И вот она, беда, оказалась не за горами. В тот же день к её дому подходила почтальонка, по её лицу уже можно было догадаться, что не с добрыми вестями идёт она к ней в дом. Так и есть — казённый бланк-извещение: пропал без вести. Долго не могла поверить, что это происходит с ней, только повторяла про себя: «Это ошибка, он жив. Ведь нет же не указано, что погиб». Всю жизнь жила надеждой и молитвами: «Лишь бы вернулся, лишь бы вернулся…» Но чуда не произошло.

Вот она какая, материнская доля. Русские матери, русские матери, сколько в войну сыновей вы утратили…

А черёмуху спилил средний сын, он теперь в доме был за старшего. Сделал из неё ручку на рогач и молча поставил около печи. И мать каждый день, хлопоча у печи, брала в руки рогач и от ручки шла сила к ней, словно от сына, которая не давала ей согнуться под бременем времени, потерять силу духа и веру, очерстветь душой. И свою любовь, и заботу она щедро дарила нам, своим внукам, правнукам и праправнукам. Такой доброй, ласковой и кроткой осталась она в нашей памяти…

Мы на тот момент не знали, где могила прадеда, может быть, поэтому для всей нашей семьи фанерный обелиск, стоящий на могиле летчика полковника И.Н. Царенко, не долетевшего до аэродрома и разбившегося прямо на краю села, стал предметом особого внимания. Его хоронили всем селом на сельском кладбище под грушей. Когда прапрабабушка Саша была жива, мы приходили сюда вместе с ней на Радуницу. Она приносила яичко, куличик и конфеты. Разложит на постаменте и говорит: «Это вам, детки!», утрёт кончиком платочка набежавшую слезу и скажет: «Может, чья‑либо мать и моему сыночку принесет».

Я была ещё совсем маленькой и многих вещей не понимала. Теперь я выросла, а прапрабабушка умерла. Теперь цветы мы приносим без неё на День Победы и гостинчик на Радуницу. А мой дедушка поклялся перед прапрабабушкой, что обязательно найдет могилу и сведения о её сыне. Возможно, эта его клятва повлияла на выбор им профессии. Он стал учителем истории. Он искал очень долго места захоронения, но все безрезультатно.

Так и не дождалась сына Александра Макаровна… Она ушла из жизни так же тихо и незаметно, как и жила, сидя у окна и глядя на дорогу, которая проходила мимо её дома. Простая русская женщина отдала для Победы самое дорогое – своего первенца Мишу. Судьба прапрабабушки Саши – это судьба многих солдатских матерей, это судьба-подвиг.

А спустя двадцать лет после её смерти моему дедушке пришел наконец‑то долгожданный ответ длиною в жизнь, где было сказано, что прадедушка Миша погиб и похоронен в Польше в городе Ченстохове. В войну он был артиллеристом. Когда пришло это известие, в живых уже никого не было – ни прапрабабушки, ни её детей. А вот своё обещание дед выполнил. Но что интересно, в то время, когда принесли ответ на запрос, моя бабушка была в Польше, и именно в этом городе. Приехав домой, сказала, что почему‑то было не по себе, сердце рвалось на части. На её вопрос дали прочитать письменный ответ.

Я не знаю, как сложится моя дальнейшая судьба, потому что я пока школьница, но навсегда в моей памяти останется этот домашний экспонат: маленький рогач – символ трагедии без срока давности. Все мы давно живём в городских квартирах, нет русской печи, но этот рогач переходит от одного поколения к другому, а вместе с ним и история про прадедушку Мишу. Одно только могу сказать, Прадедушка, что я тоже внесла свою маленькую лепту в восстановление твоего имени в славной летописи России. И ещё я дала себе клятву; как только встану взрослой, заработаю деньги, то обязательно поеду в Польшу и отвезу на могилу своего прадедушки Михаила землю русскую.

Арина Трапезникова,

ученица школы № 41 г. Белгорода,

призёр городского этапа Всероссийского конкурса «Без срока давности»

Ваш браузер устарел!

Обновите ваш браузер для правильного отображения этого сайта. Обновить мой браузер

×